Euronews
Смотрю этот канал регулярно и, можно сказать, что нравится мне он - каждые полчаса ты можешь получить свежие и более-менее актуальные для тебя новости. Претензий к Евроньюс практически не было - вот, даже ребрендинг сделали, спокойно могут рассказать о новом фильме Фатиха Акина или же анонс концерта Tricky запустить между уже как всегда плохими новостями на фондовых рынках мира и очередном террористическом акте. Тем более время от времени в рекламе крутится далекий от идеала и креатива ролик о ридной Украине. Объективность и “непредвзятость” свою канал продемонстрировал кадрами нападения Грузии на Южную Осетию - дело понятное, везде правят чьи-то интересы, касающиеся в основном денег. Но профессионализм и качество при этом никто отменять не должен - я так думаю. Поэтому, когда сегодня к репортажу о “кидке” с Яценюком пустили явно архивный (уж не помню точно, к чему он шел первоначально, но сейчас он в постоянной, так сказать, ротации) видеоряд, где довольная Тимошенко с Ющенко в щеки при встрече расцеловывается, показывать считаю не издевательством, а демонстрацией обыкновенной глупости, ханжеской неаккуратности и, конечно, привычной человеческой лени. Если от Euronews у нас сидят их корреспонденты и журналисты, то пусть, пожалуйста, они соизволят выдавать в эфир вещи не оторванные от политической реальности - целоваться эти оппоненты будут разве что если у Джеймса Бонда помаду отравленную из реквизитов знаменитого шпиона позаимствуют. Я так думаю. В обратном случае, какую-никакую, но уберем нашу рекламу-то.
По ту сторону зеркала (или ностальгия по неслучившемуся)
Статья для DOMINO magazine
Андрей Тарковский - сложный и нелегкий человек, трудный и непростой режиссер, наш собственный Стэнли Кубрик и ответ Чемберлену мирового кинематографа. Певец души человеческой, настоящий поэт в кино и поразительный художник среди серой обыденности и повседневности жизни - о Тарковском можно многое сказать, но лучше всего за него говорят его картины - истинные шедевры самого главного из всех искусств.
more »
Run Run Run
Haruki Murakami - What I Talk About When I Talk About Running
В свое время, перелопатив практически всего Харуки, но не Рю Мураками (благо переводили его много - Мураками был и остается еще той дойной коровой для издательств), прочитав две книги о нем и, даже, добравшись до прозы уже его переводчика и первооткрывателя для наших краев - Дмитрия Коваленина, я, как говорится, объелся этим японским блюдом и думал, что уже на всю оставшуюся жизнь. Поэтому и не только, единственное, что меня могло теперь заинтересовать авторства Мураками, так это разве что его мемуары - так и случилось.
What I Talk About When I Talk About Running - мемуары известного на западе японского автора бестселлеров, недурного коллекционера джазовых пластинок и еще, как оказалось, марафонского бегуна. Мемуары, да не совсем - даже в этом и тут этому хитрому старикашке удается схалтурить (судя по последним романам - это определенно тенденция) - нет положенного “родился, вырос” - все явно оставлено для другой книги и очередного издания, тут все больше Мураками про свои занятия бегом рассказывает - тот еще Форест Гамп увлеченный. Так, на протяжении практически всей почти двухсотстраничной книги, Мураками поет заводной птицой о своих хрониках - этапах подготовки к ежегодному марафону в Нью-Йорке.
Со старта Мураками рассказывает, как в возрасет наиболее известных и можно сказать, что нашумевших лет Иисуса Христа, он начал заниматься бегом и делает это вот уже на протяжении 26 лет: по 6 миль в день, 6 дней в неделю. Причиной своего увлечения (одновременно давая опеределение писательскому труду) Мураками называет следующее: “To deal with something unhealthy, a person needs to be as healthy as possible”.
Как становится ясным по ходу книги, Мураками любит бегать так же сильно, как и писать, поэтому писать про бег - это для него, простите, все равно, что вагинальный и клиторальный оргазм вместе взятые - бывает и такое. Дальше - больше, по признанимаю самого Мураками, он пишет, как бегает (это якобы большой секрет писателя, его кащеевское яйцо). То есть, для него это практически так же естественно, как и дышать - по его немалой библиографии об этом можно было и сразу догадаться, тут скрывать особого и нечего.
Безусловно, сложно не воспринимать положительно скоро вот уже как шестидесятилетнего японского писателя, бегающего почти половину своей жизни и слушающего в своем MD-плеере Gorillaz и Бека (у Мураками нет iPod’а и он не любит mp3: “I don’t want to mix music and computers. Just like it’s not good to mix friends and work, and sex.”). К тому же, он автор действительно замечательной книги и попытки абсолютного романа - “Хроники заводной птицы”, но, читая его мемуары местами совсем забываешь, что написанное - дело рук известного беллетриста, а не какого-то фанатичного спортсмена - “включает” писателя Мураками все больше за описанием погоды во время своих пробежек и когда он обращает свой взор на окружающих его людей и других бегунов - этакий бегающий Пришвин, который имеет колонку в The Guardian или The New Yorker.
Конечно, Мураками помимо историй о занятиях бегом делится своим некоротким жизненным опытом и дает пару мастер-классов писательства: “For me, writing a novel is like climbing a steep mountain, struggling up the face of the cliff, reaching the summit after a long and arduous ordeal. You overcome your limitations, or you don’t, one or the other. I always keep that inner image with me as I write”. А к середине книги - бега писательской мысли - он даже рассказывает про свой джазовый бар - первый start-up в жизни, а позже и в литературе - как написал свой первый роман “Слушай песню ветра”. Тонкой же красной линией в книге проводится мысль про силу воли и борьбу с самим собой (вспомним Архимеда с его “дайте мне точку опоры, и я переверну Землю” и Македонского с “стань властителем самого себя, и тогда тебе покорится весь мир”) - это не очередное “Расширение пространства борьбы”, но определение противника.
Мураками бегает везде, где ездит, не нарушая своих занятий и порядков, поэтому, будучи где-нибудь в команидровке или в поездке для отдыха и заметив бегущего пожилого японца в хорошей форме (проблема отличить его от корейца или китайца не отменяется, но не неразрешима), можете быть почти на сто процентов уверены, что перед вами тот самый писатель Мураками - если нет, можете просто в это верить себе в голове, так как его национальность вы наверняка определили неверно.
Когда же Мураками делится своим спортивным опытом, то говорит, что во время бега он старается ни о чем не думать - этакий бегущий Будда (куда и зачем, тогда только!?), что удивительно, так как я же за своим сейчас редким бегом или регулярным плаванием (суть одна - повторение одного и того же физического действия) думаю, не поверите, в основном о еде: свежевыжатом апельсиновом соке в баре спорткомплекса и припасенной к нему смеси орешков в рюкзаке, бутылочке йогурта Activia в холодильнике дома; в редких случаях - о новостях и событиях дня, своих близких и друзьях или той же статье для написания.
Чем бесспорно и как всегда хорош Мураками (особенно в данном случае) - он заставляет обратить внимание на самого себя, задуматься о себе самом, попытаться понять и проанализировать себя, так сказать, помедитировать над своей природой. Поэтому, читая Мураками, я в этот раз вспомнил про свой опыт занятия бегом (скорее и больше - свои опыты над собой). Первый раз серьезно начать бегать (не от гопников на районе, страха опоздать или в редкие и нескрываемые моменты радости) я решил после окончания обучения в Харькове и перезда работать в Киев. Мотивация - поддерживать себя в элементарной форме, источник вдохновения - большинство моих ровесников с их пивом после работы и ужинами среди ночи. Бегал я по утрам до работы (подъем около 6-ти утра и прочие “радости” лишения) вокруг симпатичного озера рядом с домом, где я снимал квартиру. Там я все больше бегал от порывавшихся на меня напасть выгуливаемых с хозяевами и без собак, а также у-страха-глаза-велики мерещащихся трупов людей в неслабо разросшихся вокруг озера кустах (район не особо оправданно имеет криминальную репутацию). Это было летом, плюс потом я переехал. Следующий раз был уже более “цивильным” и безопасным - на стадионе при местной школе. Утром бегать я уже обламывался (хотя, признаюсь - свой заряд бодрости, а не наоборот - усталости ты получал, и хватало его примерно на полдня) и стал это делать вечером после работы. А так как вечером после работы я не всегда оказывался вовремя дома и после моей а-мне-все-равно-что-дождь-льет-как-сумасшедший пробежки и соответствующей простуды с температурой и лежанием в постели (на работе завал, но зато прочитано 3 книги), с бегом я решил завязать. Сейчас же свои пробежки в редких случаях (когда есть еще дополнительные силы и динамичная музыка в айподе) я делаю на дорожке в спортзале, где видно и пробегаемую тобой дистанцию и частоту твоего сердцебиения. Такая искуственность и совсем не напряжная форма бега (регулируемый автоматом темп, отсутствие поворотов, ухабов и выбоин, где можно сломать ногу) со своим толком, где ты потеешь, всячески краснеешь и сбито и тяжело дышишь, меня как-то совсем не вдохновляет на медитацию и муракамиевское отсутствие мысли во время бега. К тому же кнопочки и все эти показатели на пару с другими посетителями спортзала меня одновременно отвлекают, как ребенка игрушка, и раздражают, как жителя мегаполиса с его “ну сколько еще можно плодиться?!” и “понаехали тут” (кто бы говорил!?) мнением.
Держать себя в спортивной (а в данном случае еще и здоровой) форме, делать регулярно что-то непростое и не обязательно приятное и не иметь с этого какую-то материальную или другую выгоду - здесь и сейчас это определенно достойно уважения и примера. Мне довольно понятны нотки самодовольства в голосе Мураками и его спектаторов. Это, конечно, не подвиги Геракла и геройства других вымышленных (а по сути - просто не доказанных) персонажей, но среди людей подобное принято считать большим жизненным свершением (немного иронии - для продления той же самой жизни). Но все же будет лучше подражать или хотя бы восхищаться геройству другого известного бегуна - канадца Терри Фокса, у которого после аварии в 19 лет был обнаружен рак и ему ампутировали ногу. Поправившись, с протезом вместо правой ноги, Терри предпринял попытку пробежать марафон через всю Канаду одновременно собирая пожертвования на исследования раковых заболеваний. После 143 дней бега, осилив 5 373 километра своей родины, Терри проиграл в битве с раком и погиб. О себе он ничего не написал (в своем дневнике он больше вел подсчет приодолеваемых дистанций и поглащенных за едой каллорий), но зато много написали о нем - тот еще “Live Fast, Die Young”. Терри Фокс - мой кумир, никак не Харуки Мураками.
Терри Фокс
28 июля 1958 — 28 июня 1981
О5 о Пелевине
Виктор Пелевин - Прощальные песни политических пигмеев Пиндостана
Очередная лихо и не очень зашифрованная аббревиатура в названии, обязательное и уже чуть ли не традиционно-ритуальное интервью “Известиям” (довольно интересное и много поясняющее в самой книге) и, наконец, уже привычный уверенный и “скромный” тираж в 150 тысяч. Все это новый Виктор Олегович Пелевин - “П5” или (“прасти госпадя”) “Прощальные песни политических пигмеев Пиндостана”.
Не побоюсь и не поленюсь повториться - есть три вещи, которые нельзя сымитировать: компетентность, креативность и эрекцию. Пример и доказательство креативности автора уже с обложки кого больно бьет по глазам (блески!? - интересно…), а кого-то и радует - не суть важно. Под обложкой и далее по тексту креативности с головой хватает - “П5” - это очередной фирменный Пелевин (одни футболки персонажа из первой повести многого стоят). В компетентности одного из лучших отечественных писателей (а по сути и все равно - единственного и неповторимого, что бы он там сам на себя и не наговаривал) тоже как-то сомневаться не приходится. Эрекция же Пелевина - это последнее, что может и должно нас волновать (хотя, уверен, найдутся и более озабоченные этой темой читатели).
По логике (с которой люди не всегда дружат или которая зачастую принимает совсем уж извращенные формы) волновать нас должно то, что сейчас с нами происходит и то, где и как мы живем-слэш-оказались (читай - до чего докатились) - именно про это, как и положено, новая книга Пелевина - известного стенографиста творящейся действительности. В своей последней книге он пишет про время - вчера и еще сегодня, когда “сегодня в “Бентли”, а завтра в ментли”, а ситуация наоборот возможна, но крайне редко. Еще есть и Каспаров с Канделаки (не вместе - это не очередная горячая новость, а по отдельности) - все тошнотные передовицы газет (это для того, чтобы совсем “тяжелые” читатели перестали сомневаться о чем и о когда на этот раз высказался автор).
“П5” - это пять пелевинских “вещей” (повести, рассказы и даже одна притча с комментариями): “Зал поющих кариатид”, “Кормление крокодила Хуфу”, “Некромент”, “Пространство Фридмана” и “Ассасин” - та самая суфийская притча.
Самая объемная по содержанию самой книги и авторскому “посылу” повесть про поющих кариатид - эксклюзивных проституток (излюбленных героинь Пелевина - об этом можно сделать отдельную статью или молча принять, похоже, позицию писателя: всё в той или иной степени проституция, и все ею так или иначе занимаются), которые, что в том анекдоте, за понятным делом еще и петь могут (вдохновляться или черпать сюжеты из подобных хохм можно записать Пелевину отдельной заслугой). “Крокодил Хуфу” - остроумный “разбор полетов” и взаимоотношений писателя с его читателями, где Пелевин высказался видно, что о давно наболевшем. “Некромент” - забавная история про - дословно - мента, занимавшегося некромантией и использовавшего для своего, к сожалению, не удавшегося ритуала трупы реальных милиционеров при изготовлении “лежащих полицейских” (перечитайте это еще раз и оцените иронию - молодец, все же). “Фридман” (все-таки жаль, что не Томас) - про эксперимент, условно говоря, накопления капитала - абстракция и допущение о том, как это на самом деле обстоит (из-за своей неправдободобности грозящее стать на правду похожим и все объясняющим). И, наконец, мудрая и поучительная история про наемного убийцу - древнего Хитмена и Макса Пейна вместе взятых, оставляющая долгое послевкусие из-за своей очередности или банально моей впечатлительности.
Главные герои нынешнего Пелевина (читай - нашего времени) - олигархи и прочие много чего имущие. Эти герои - не на поле боя во время войны, а во время корпоративных битв за слияниями и поглощениями - кумиры миллионов и бесперебойные источники зависти - в сложившейся системе координат работают сейчас создателями той самой реальности, которая ежедневно разворачивается на страницах газет и мерцает на экранах мониторов и телевизоров с известной частотой. Что имеем, про то и получили - так примерно.
Читать Пелевина - это, конечно, не Библию пытаться понять (безусловно “в нее надо просто верить”), но тоже занятие не из простых - все эти многочисленные авторские метафоры, аллюзии и наводимые иллюзии требуют pgp-ключа к расшифровке. Создав очередной архив, Пелевин местами не всегда заботится об оставлении пароля для “распаковки” - отчего кому-то светит себя дураком почувствовать, а кому-то и автора словом покрепче обозвать.
Не буду “блистать” знанием библиографии Пелевина (тут уж действительно - показательнее действуют бренды твоей одежды и марка машины), но Пелевин в самом деле повторился и не раз - да так, что это больше смахивает на подвох, чем на умышленную авторскую диверсию. Пытаться найти причину или даже причины повторов - все равно, что гадать на кофейной гуще (хотя, положительный опыт в данной сфере даже у меня имеется), и занятие по сути бессмысленное, не будь ты у первоисточинка (читай - в голове Пелевина-Джона Малковича). Это может быть все, что угодно: то самое - “исписался”, обыкновенная человеческая лень (которая, по слухам, взрослее самой Вселенной - победой над ней было ознаменовано создание нашего мироздания - позволим мы себе немного “закосить” под писателя) или, быть может, кабальный договор с издательством и недостаток необходимого писателю времени, или все-таки то, что о не меняющемся пространстве в текущем времени незачем сочинять что-то другое (формой Пелевин и дальше умело играется - поклонникам и литературным эстетам наслаждение обеспечено). А возможно, все дело в “повторение - мать учения”, а может… хватит кофе на сегодня.
Загругляясь, наверное, стоит просто сказать, что Пелевин написал смешную и одновременно (как в жизни зачастую и бывает) грустную книгу, которую, если не прочитаешь, с тобой ничего не случится (не поддержишь беседу на “модную” тему разве что), но дважды потратившись на оную (деньгами и временем) - что-нибудь, да обретешь, или, хотя бы, отвлечешься и на секунду перестанешь чувствовать себя (внимание, впереди очередной “закос” под Пелевина) загнанной белочкой в колесе сансары (конечно, подобное можно сказать практически про любую книгу, но Пелевин как-то больше располагает).
Лично меня заинтересовало и насторожило в “П5” совсем другое - у Пелевина снова есть пара пассажей и об Украине - как бы чего не “навещал” этот вещий Олег или банально не накаркал - в России против нас явно что-то творится. Опять…