Сергей Вовк

Истории про деньги

Андрей Остальский - Краткая история денег

Бизнес, как известно, не терпит потери времени, так как в умелых руках и при помощи неглупой головы один ресурс с легкостью философского камня превращается в другой (проще и другими словами, “время - деньги”), при этом однозначно не определяя, кто из этих курица-или-яйцо главнее и ценнее. Поэтому и не только аннотацию-слэш-рецензию в данном случае можно сделать довольно ясной и короткой: “Краткая история денег” Андрея Остальского - это на удивление качественный отечественный нон-фикшн с душой о материях совершенно далеких от душевности или духовности (ненужное вычеркнуть). Дальше – больше и для более любопытствующих.

Судя по всему (тут, и еще это), Андрей Остальский – недурной романист, что, собственно, и скорее всего и позволило книге по азам экономики приобрести человеческое лицо – перестать быть зубодробительным набором маловразумительных терминов и понятий. Этот рецепт – талантливый-сочинитель-художественных-романов-за-серьезной-темой – давно и успешно испробован на иностранных кухнях и их читателях, и нашему брату пора бы уже взять его в оборот и не мучить более студентов, профильных специалистов и просто интересующихся своей скучной тарабарщиной, а порой и откровенным бредом (вспомните большую часть учебников своего ВУЗа и сравните их с трудами двух известных шведских преподавателей с труднопроизносимыми именами из Стокгольмской школы экономики). Иметь мысль, как говорится – это одно, а красиво, понятно и правильно уметь ее подать – это уже совсем другое и далеко не маловажное (чтобы все философы, корпя над своими трудами, держали эту установку себе в голове и не порождали у своих читателей чувство неполноценности, или того хуже – ощущение надвигающегося безумия). В данном случае Остальский и имеет (некоторые из его мыслей безусловно спорны, что только добавляет бонусов книге) и умеет – легко, как на духу, и опять же как-то совсем по-человечески и свободно – выражения вроде: “ну это и ежу понятно” этому только способствуют.

По последним данным (смотри книгу, которая полна автобиографических эпизодов - еще одна причина “человечности” документальной по сути работы), Андрей Остальский – бывший сотрудник Financial Times (так сказать, источник роста ног и корней темы книги) и нынешний главный редактор Русской службы BBC. В своей первой нехудожественной книге он сам больше задает вопросов, чем дает ответов (а, как известно, правильно заданный вопрос – добрая часть ответа), в особенности касательно вынесенного на обложку и пошатнувшегося нынче будущего денег и всей финансовой системы в целом. Но этого от Остальского – не Алана Гринспена или Пола Кругмана – никто требовать и не собирается, хотя в конце книги автор разместил совершенно недурной глоссарий, где узнаешь, что «Голландская болезнь» не имеет никакого отношения к гомосексуалистам - “в 60-х годах XX века зависимость экономики Нидерландов от экспорта газа достигла таких масштабов, что вся структура инвестиций оказалась искажена, а курс гульдена значительно завышен, с долгосрочными печальными последствиями для экономики. Некоторые экономисты считают, что Россия сегодня находится в схожем положении”; или каких чудовищ породила “Бреттон-вудская система” - “международная финансовая система, принятая в 1944 году на конференции в американском курортном городке Бреттон-Вудс. Привязала курсы валют основных индустриальных стран мира к доллару США, а тот – теоретически – к золоту. Считается переходным этапом от золотого стандарта, и жестких курсовых привязок к эпохе плавающих курсов и фиатных денег. Б.-в. с. существовала вплоть до начала 70-х годов и положила начало Международному валютному фонду и Всемирному банку” и что, наконец, есть такое редкое явление, как монопсия - “монополия покупателя, ситуация на рынке товаров и услуг, когда имеется только один покупатель и много продавцов”.

Андрей Остальский с не совсем понятным и не до конца явным умыслом смог написать замечательную книгу про то, что деньги в правильном и нужном понимании – совершенно не цель, а лишь средство; что их “сила” и место исключительно в головах людей, а не в банках, где они хранятся (все больше в виде электронных нолей и единиц); что все это договор – считай, условность, которой люди договорились и условились следовать – не больше и, к сожалению, не меньше. Более литературно выражаясь и прибегая к авторской метафоре, напоследок зададимся еще одним вопросом: “Не есть ли деньги своего рода акции во всемирном предприятии, свидетельствующие о праве владельца на некую часть совокупного богатства человечества?” Ответом на который пусть будет другая интересная цитата о миссии-слэш-функции денег: “Назначать победителей и побежденных в вечной гонке-конкуренции за ограниченные ресурсы Земли.”

Рекомендуется широкому кругу читателей, которые все еще не поняли, чего они так сильно желают в этой жизни и стесняются об этом спросить.